Сибирское Рериховское Общество                контакты          написать нам

Мысли на каждый день

Принимай участие во всем сущем. Оно для тебя, и ты для него.

Надземное, 310
"Мочь помочь - счастье"


Авторизация
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Сайты СибРО

Учение
Живой Этики

Сибирское
Рериховское
Общество

Музей Рериха
Новосибирск

Музей Рериха
Верх-Уймон

Сайт Н.Д. Спириной

ИЦ Россазия
"Восход"

Книжный
магазин

Город
мастеров

Наследие Алтая
Подписаться

Музей:         
Книги:         

Елена Петровна Блаватская: несуществующая цитата



Елена Петровна Блаватская: несуществующая цитата

10.08.2009

Чарлз Джонстон, писатель и переводчик с санскрита, преподававший в Колумбийском университете, вспоминал:

«Моё самое первое впечатление о г-же Блаватской — это мощь и масштабность её индивидуальности, я словно находился в присутствии какой-то изначальной силы Природы… Это был дух, прошедший горнило природы и достигший извечных начал Истины. Но постепенно… проступали её огромная нежность и доброта, неизменная готовность полностью позабыть о себе и всем сердцем отдаться служению людям».

Учёных, читавших «Тайную Доктрину» — основной труд Блаватской, восхищала способность автора предвидеть грядущие открытия в их собственных областях науки. В её время считали атом неделимым, Елена Петровна говорила о его бесконечной делимости. Возраст человечества отмерялся в пределах полумиллиона лет — она же, как и нынешние исследователи, говорила о миллионах лет. Луна считалась осколком Земли — Блаватская утверждала, что наша планета намного младше и это было доказано в ХХ веке. Примечателен тот факт, что «Тайная Доктрина» являлась настольной книгой Альберта Эйнштейна.

Учение Блаватской включает в себя теорию мировых циклов, доктрину кармы, основные принципы строения и эволюции мира, человека и человечества. Елена Петровна не считала это учение своим и утверждала, что оно исходит от Учителей, которых она встретила во время своих странствий по Востоку. Блаватская называла их Учителями мудрости. Согласно теософии, они появлялись на протяжении всей истории как Спасители человечества: Будда, Кришна, Зороастр, Моисей, Авраам, Иисус.

О Христе Блаватская писала, что он был «одной из величайших и наиболее ярких фигур в панораме истории человечества», которая «не только не померкнет, но с каждым веком будет вырисовываться всё отчетливее и ярче».

Несомненно, на формирование мировоззрения Е.П.Блаватской оказала большое влияние православная культура. Патриотизм Блаватской, о котором свидетельствуют факты ее биографии, характерен для идеалов истинного верующего православного человека.

К сожалению, ее взгляды на Россию, и, в частности, на православие не достаточно изучены и подчас подвергаются грубейшему искажению. Авторы клеветнических утверждений, несомненно, забыли о великой силе Знания, которое объединяет всех прогрессивных людей на Земле, и предпочитают пребывать в невежестве и, следовательно, вне Культуры.

Характерным примером вышесказанного может служить фраза, приписываемая Блаватской и кочующая по страницам недобросовестных авторов, которые даже не ставили перед собой цель проверить ее подлинность.

Речь идет о ссылке на работу К. Кудрявцева «Что такое теософия и Теософическое общество», - СПб, 1914, с 25. Автор приводит высказывание, якобы принадлежащее Елене Петровне, из английской газеты «Pall Mall Gazette» от 26 апреля 1884 г.: «Наша цель не в том, чтобы восстановить индивидуализм, а в том, чтобы смести христианство с лица земли». Если мы обратимся к подлинному интервью Блаватской в названной газете, то увидим, что ничего подобного ею не говорилось.

Здесь вы можете ознакомиться с полным текстом в подлиннике и на русском языке интервью Елены Петровны «И снова о теософах» в английской газете «Pall Mall Gazette» от 26 апреля 1884 г. Его электронная версия получена из библиотеки американского города West Lafayette.

И снова о теософах. Интервью с мадам Блаватской
[The Pall Mall Gazette (Лондон) от 26-го апреля 1884 года, с. 3-4]

Опубликованные здесь репортажи о Теософском обществе и полковнике Олькотте вызвали огромный интерес у самых разных людей, поэтому приведённое ниже интервью с мадам Блаватской – пророчицей, основавшей новую религию – вряд ли оставит читателей равнодушными. Вот что пишет репортёр, который ожидал пифию наших дней у мистера Синнетта:

Кто такая мадам Блаватская? Мадам Блаватская – это женщина-загадка. О её прошлом никто не говорит. О ней известно только то, что она имеет родственные связи с Долгорукими, одной из старейших фамилий в России, а также является племянницей генерала Фадеева, известного идеолога панславизма, который на днях завершил свой земной путь в Одессе. Однако, судя по той роли, которую она сыграла в утверждении теософских идей в Индии, мадам Блаватская – аристократка скорее по духу, чем по крови. Это религиозное движение, основателем которого является мадам Блаватская, на первый взгляд кажется странным, а многое, с ним связанное, и вовсе не укладывается в голове. То, что женщина – и женщина из России – призвана возродить тайную науку и сделать из неё практическую религию, приемлемую для нашей Индийской империи, – один из самых необычных феноменов современности. Не будь она вождём религиозного движения, которое в течение последних нескольких лет показало невероятную жизнеспособность (день ото дня число его последователей растёт, причём не только в европейских столицах, но и на Индостане), мадам Блаватская всё равно оставалась бы личностью, по праву заслуживающей внимания. Она одна из величайших путешественниц в мире - мало найдётся стран, в которых она не бывала, и языков, — на которых она не говорит. На английском она говорит не хуже любого уроженца Вестминстера, а вполне возможно, что и лучше. Она обладает исключительной эрудицией, а её осведомлённость даже о самых незначительных подробностях философских и религиозных дискуссий в Англии поразит любого специалиста. Её книга, «Разоблачённая Изида» (новое издание которой совсем скоро появится в печати), написана на хорошем английском и захватывает читателя своим полемическим задором. В одном из ведущих периодических изданий России публикуются её статьи об общественной жизни и нравах Индии, и уже не первый год она известна как учёный корреспондент «Московских ведомостей». Но все эти земные отличия, которые ставят её в один ряд с мадам Новиковой (пусть последняя и отличилась в другой области), не идут ни в какое сравнение с теми мистическими качествами, которыми она наделена в представлении верующих теософов. Мадам Блаватская – женщина, которая ближе всех остальных смертных (за пределами Тибета) приблизилась к тайне Вселенной. Пройдя долгий и тяжёлый период ученичества, она удостоилась чести стать посланницей загадочных Махатм, которые через неё хотят сообщить неразумному миру часть своих ревностно охраняемых духовных знаний. Если верить в истинность хотя бы четверти историй, которые с уверенностью повторяют те, кто близко знаком с мадам Блаватской, она находится в постоянном общении с потусторонним миром. Пространство и время для неё не существуют. Сидя на диване в гостиной мистера Синнетта и привычно дымя своей сигаретой, она в то же время общается со своими учителями, физические тела которых пребывают в горных долинах Гималаев; но это общение не всегда бесплотно. Временами весть от Махатмы приходит в виде маленькой, аккуратно свёрнутой треугольной записки со странными тибетскими буквами: послание неожиданно возникает в воздухе и падает к её ногам. Разговор с мадам Блаватской похож на чтение «Занони», с тем отличием, что герой Бульвера-Литтона является творением авторской фантазии, тогда как мадам Блаватская из плоти и крови решительно заявляет, что она видела в действии все те загадочные способности, к которым стремился Занони, а некоторыми даже владеет сама. Что же касается Вриль, этой мощной субстанции, которой суждено стать основным орудием грядущей расы, то мадам Блаватская не только знает её свойства и условия, необходимые для её применения, но также может найти эту спящую энергию в любом месте и извлечь её, если того потребует благая цель. С непосвящёнными и теми, кто только начал в темноте нащупывать свой путь к теософскому храму, мадам Блаватская вынуждена говорить загадками. Даже мистеру Синнетту, первому среди лондонских теософов, ей не разрешено открывать всего. В её душе хранятся знания, слишком глубокие, чтобы полностью передать их ему. Нежелание мадам Блаватской раскрыть эти оккультные тайны обусловлено ещё и тем, что, если вооружить ими людей, чья добрая воля ранее не подвергалась череде долгих испытаний, то это будет иметь катастрофические последствия для всего мира. Она находится в положении средневекового человека, знающего секрет динамита, и её бросает в жар при одной мысли о том, что эта страшная тайна может однажды попасть в нечестивые руки.

Мадам Блаватская сейчас в Париже, но собирается вернуться в Лондон в следующем месяце. В ходе двухчасовой беседы, которую я имел с этой выдающейся женщиной, она с уверенностью и энтузиазмом рассказывала о будущем теософии в Англии. Из всех народов англичане, заметила она, кажутся наиболее подготовленными для принятия новой доктрины. В голове каждого англичанина на первом месте разум и здравый смысл – два качества, на которые опирается теософия, – тогда как под ними лежит прочный фундамент мистицизма: та почва, на которой истины духа могут укорениться и в изобилии приносить свои плоды. Из всех наций наименее подготовленными для усвоения духовной доктрины, которой она учит, являются французы, чья поверхностная, насмешливая природа одинаково глуха как к умозаключениям разума, так и к голосу, идущему из глубин человеческого естества. Русские бросаются в крайности. Они либо настолько набожны и ортодоксальны, что считают все теософские идеи уловкой дьявола, либо настолько материалистичны, что высмеивают само понятие духовной истины. Однако мадам Блаватская не очень любит использовать термин «духовный», так как – и на этом она постоянно настаивает – теософия является скорее наукой, взывающей к разуму, нежели религией, взывающей к чувствам. Это наука точная, основанная, как и любая другая наука, на многовековом опыте, зафиксированном в письменных источниках. Мадам Блаватская равнодушна к европейцам ибо, как она честно признаётся, она терпеть не может Западный мир и всё, что с ним связано. Христианство и цивилизация – отвратительное лицемерие. Без малого полчаса она со страстью и присущим ей красноречием говорила о разительном контрасте между провозглашаемыми ценностями христиан и политикой христианских народов, открыто вставая на сторону презираемых ими язычников. Она настаивала, что ни один европеец, который когда-либо жил среди язычников, не назовёт себя христианином, не покраснев от стыда. Что такое христианство для язычников, как не массовые убийства и грабежи? «Если ваш Христос оказался бы сейчас в Лондоне и вёл Себя так, как, по вашим представлениям, Он делал это в прошлом, что бы вы с Ним сделали? Заточили бы в тюрьму или отправили бы в сумасшедший дом. Существует ли среди вас, миллионов христиан, хотя бы один Христос – тот, кто жил бы в согласии с принципами, описанными в ваших Евангелиях? Я не знаю такого. И вы ещё удивляетесь, почему ваши миссионеры не могут обратить языческий мир в христианство!»

Следует добавить, что мадам Блаватская верит не в исторического Христа Евангелий, но в Христа, который, утверждает она, был распят за сто лет до общепринятой даты. Этот Христос, о котором она говорит с величайшим благоговением, и которой, по её словам, многое перенёс от руки тех, кто называет себя его именем, был, подобно Будде и Зороастру, великим Махатмой и знал все тайны оккультной науки, главным толкователем которой в наши дни является она. «Мы почитаем, – говорила она, – Гаутаму Будду больше всех остальных Махатм, ибо он единственный из всех религиозных учителей говорил своим ученикам не верить даже его собственным словам, если они противоречат разуму». Теософское общество, которое она основала, своей первой целью видит возрождение буддизма в его первоначальной чистоте, и именно исправлением искажённого буддизма полковник Олькотт активно занимался в последнее время. Его «Буддийский катехизис» – лишь один из примеров борьбы за эти идей, борьбы, которую он ведёт не только на литературном поприще. Второй (после очищения буддизма) великой целью, которую ставят теософы, является восстановление подлинных идеалов брахманизма в том виде, как они представлены в Ведах. Задача сложнейшая, но теософы ни на секунду не сомневаются в успехе. Третья цель не менее внушительна, чем две предыдущие: на смену ложному материализму должно прийти подлинное духовное знание. Полковник Олькотт и мадам Блаватская учат, что в самом сердце этого знания лежит императив беспрестанно развивать своё внутреннее «Я» и раз за разом приносить низменные инстинкты в жертву высшему закону. Это учение имело ошеломляющий успех, и на последнюю конферецию общества, которая проходила в Бомбее, съехались делегаты со всех концов Индии – люди самых разных национальностей объединились во имя истины, справедливости и братства. Мадам Блаватская уже немолода, но в споре она полна такой энергии и энтузиазма, что может даже смутить менее напористого оппонента. За то, что она по-прежнему жива, по её словам, стоит благодарить чудодейственное лекарство, которое применили её учителя – Махатмы (термин «духовный наставник» она с негодованием отвергает). Врачи решили, что она умирает от болезни Брайта, и опустили руки, но через три дня она уже была совершенно здорова. Её воля, вздыхает она, уже не та, что в прежние дни, когда она вылечивалась одной лишь силой мысли. Можно усомниться и в теософском учении, и в её философии. Можно с недоверием относиться к рассказам об её таинственных способностях (к последним она, кстати, демонстрирует полнейшие равнодушие), но одно несомненно: с чисто интеллектуальной точки зрения эта женщина заслуживает гораздо большего внимания, чем ей до сих пор уделялось.

В письме к В.П. Желиховской от 2. 02. 1886 г. она подчеркивает: «Я враг католических и протестантских церковных излишеств; идеал же Христа распятого светлеет для меня с каждым днём яснее и чище, а против Православной христианской церкви, — пусть повесят меня — не пойду!».

Из писем Блаватской хорошо видно, что под православием она подразумевает не идеологию, а искреннюю веру человека в христианские идеалы.

В письме к Н.А Фадеевой от 28 октября 1877 года она пишет: «Божественная истина укоренилась в русской православной церкви весьма прочно, вот только покоиться она глубоко, в самом её фундаменте; на поверхности её не найдёшь, она живёт лишь в чистых ангельских сердцах…».

В настоящее время мифы, преследовавшие Блаватскую, начинают постепенно опровергаться объективной информацией о ее деятельности.

В 1885 году в Лондоне Общество психических исследований издало отчёт, в котором Елена Петровна Блаватская обвинялась в мошенничестве. И только спустя 100 лет, в 1986 году, это же Общество выпустило пресс-коммюнике, предназначенное для газет и ведущих журналов Великобритании, Канады и США. Оно открывалось словами: «согласно новейшим исследованиям, госпожа Блаватская, основательница теософского общества, была осуждена несправедливо».

Жизнь Блаватской — пример самоотверженного подвига на благо всего человечества.

В 1898 году Дж. Прайс, современник Е.П. Блаватской, утверждал: «Она была предтечей, громко взывающей в пустыне верований. Она не принадлежала своему веку. Её весть шла от великого прошлого и была обращена не к настоящему, но к будущему».